Some of his work is disturbing to say the least, and has been described as "the visual equivalent of a contact sport". He uses art as a way to fight back at society, his pictures forcing people to face things they might prefer to forget about.
Children feature heavily, as do bandages and chilling images from the wartime era. All very challanging, yet fascinating. ...

The art in the loft is primarily representational and often haunting, veering towards an eerie hyperphotorealism. A large painting by Gottfried Helnwein shows a group of men - perhaps doctors or veterans of war - surrounding the body of a young girl on an examination table. They gaze directly at the viewer, as if posing . It could be an antique photograph - the men are from another time - but for the disfigured faces of the physicians.
"I don't think they know how they look," says Lee. ...

Die von William Hogarths Kupferstichserie von 1733/34 inspirierte Oper weckt von je den Ehrgeiz der Maler, Bühnenbildner zu sein: David Hockney, Jörg Immendorf, zuletzt in Hamburg Gottfried Helnwein. Die Orte des Niedergangs von Tom Rakewell - Landidylle, ein Londoner Bordell, Friedhof und die Endstation Irrenhaus - kitzeln reflexhaft die Inspiration: es zucken und schnappen Drastik, wilde Farben, Travestie und Parodie. ...

When Austrian artist Gottfried Helnwein opened a show of his paintings recently, celebrities crowded his downtown studio.
Leonardo DiCaprio rubbed Elbows with Marilyn Manson. Beck chatted with Kevin Smith. Mena Suvari stopped for a photo op, and Sean Penn lent his cool.
For a recent transplant, Helnwein attracted much Hollywood. ...

Skräckrockaren Marilyn Manson ska samarbeta med den österrikiske avantgarde-konstnären Gottfried Helnwein.
På Mansons officiella sajt beskrivs satsningen som "A world of horror in pictures".
Helnwein är kontroversiell på grund av sina referenser till nazismen. En serie porträtt, som förstördes av nynazister, ska nu ställas ut på Los Angeles Museum of Tolerance. Samtidigt planerar Marilyn Manson en egen utställning i september av sina målningar.
Han är också i full gång med att spela in sitt nästa album, The golden age of grotesque. Dessutom har han en roll i filmen Party monster i New York

“This is a very serious and somewhat disturbing exhibition,” said Mayor Meralee Goldman, who is supportive of the exhibit and was first approached by the Austrian artist.
“There is an important component of education to go along with this exhibit,” Human Relations Director Mary O’Gorman said. “This is a Holocaust Memorial, and the intent at times is to overwhelm.”
The exhibit is described as “an art event to focus the conscience of the viewer and, through media exposure, the conscience of the widest possible public” by the artist’s draft proposal. “An art installation a city block long...will rise into public view to cry out against not only one of history’s most tragic and horrific episodes of prejudice, but also against the current resurgence of the endangerment of children through intolerance around the world.” ...

...Helnwein opens up"Nighthawks" to closer iconographic inspection, exposing the symbolic meanings of the painting to cement its position as a landmark of twentieth-century anti-urbanism. ...

Faкeл: Кто для вас важнее, Адольф Гитлер или Дональд Дак?
Gottfried Helnwein: Конечно, Дональд Дак. Встреча с этим персонажем в возрасте четырех лет была моей первой встречей с великим искусством. Я родился в Вене, оккупированной советскими войсками, сразу после окончания войны. Кругом разбомбленные дома, врослые казались мне разбитыми и угнетенными. Не помню, чтобы в раннем детстве кто-то пел или смеялся. Мир вокруг меня казался немым черно-белым кино в замедленной перемотке. Я чувствовал себя так, будто приземлился на чужой планете, в мире, которому не принадлежу.
Однажды вернувшийся с работы отец бросил на пол передо мной едва ли не первый немецкий перевод комиксов о Дональде Даке. Открыв эту первую в моей жизни книгу комиксов, я открыл дверь в реальный мир. Робко вошел. Я чувствовал себя так, как человек, переживший взрыв на шахте. После долгого пребывания в темноте между жизнью и смертью я вошел в яркий свет Дакбурга, и мои глаза, не привыкшие к такому яркому свету, наполнились слезами. Я глубоко вздохнул, и мои пропыленные легкие наполнились свежим воздухом.
В этом мире все снова обрело свой смысл: люди снова выглядели нормально, у них были желтые утиные клювы или собачьи морды, и каждого из них можно было безо всякого вреда для их здоровья продырявить пулями или раскатать в лепешку гигантским катком. Это был мир красок, скорости, приключений, магии и удивления. Я никогда не отступал назад, в чистилище так называемого "реального мира", и с тех пор Дональд Дак стал для меня неограниченным источником вдохновения. ...

...

cover: "Head of a Child 4"
inside: "Head of a Child 5" 2000, oil and acrylic on canvas,
and "Ninth of November Night", 1988, installation at the Museum Ludwig, cologne ...